108 слов. Больно, больно, больно… Мы больны, черт побери. Мы отравлены. Мы… - Те, кто заразил нас этим, врачуют нам раны. Забавно, не правда ли, «Аллен»? В голову, как шампанское, ударили воспоминания. И мои, и чужие. Круговорот лиц и образов ослеплял и оглушал, заставляя сосредоточиться на боли. Граф, серые и размытые лица Ноев, экзорцисты, Мана… «Я люблю тебя» Лишь одна эта фраза заставила ненасытный мрак отступить на мгновение. И только. - Кого, кого, кого, Мана?! Начавшие было рубцеваться, раны снова открылись, кровоточа смятением, бесполезной надеждой и хаотичными красками души, которые не следовало бы смешивать… - Именно поэтому… поэтому, да?.. - Видишь, как все просто? - Именно поэтому я неизлечим, - глухой и безнадежный шепот в безумие.
Больно, больно, больно…
Мы больны, черт побери. Мы отравлены. Мы…
- Те, кто заразил нас этим, врачуют нам раны. Забавно, не правда ли, «Аллен»?
В голову, как шампанское, ударили воспоминания. И мои, и чужие. Круговорот лиц и образов ослеплял и оглушал, заставляя сосредоточиться на боли. Граф, серые и размытые лица Ноев, экзорцисты, Мана…
«Я люблю тебя»
Лишь одна эта фраза заставила ненасытный мрак отступить на мгновение. И только.
- Кого, кого, кого, Мана?!
Начавшие было рубцеваться, раны снова открылись, кровоточа смятением, бесполезной надеждой и хаотичными красками души, которые не следовало бы смешивать…
- Именно поэтому… поэтому, да?..
- Видишь, как все просто?
- Именно поэтому я неизлечим, - глухой и безнадежный шепот в безумие.